XVI в. в истории Англии был отмечен глубокими изменениями в экономики и социальной структуре общества обусловленными во многом аграрным переворотом. Социально-экономическим стержнем аграрного переворота были так называемые огораживания и “собирания ферм”. Одним из социальных последствий этих явлений стал рост пауперизма, что обеспокоило уже кабинеты Генриха VII и Генриха VIII. Поэтому в первой половине XVI в. парламентом были приняты специальные законы в отношении пауперов. Кроме этого абсолютистское правительство принимало и определенные административные меры по решению этой проблемы.  В период расцвета английского абсолютизма, который традиционно связывается в историографии с правлением Елизаветы I Тюдор (1558 - 1603), острота проблемы пауперизма не только не ослабла, но даже усилилась. Поэтому неслучайно её неоднократно обсуждали в парламенте, принимали соответствующие законы, а в ряде современных трактатов предлагались различные экономические, социальные, юридические и административные меры по её решению.

В зарубежной историографии издано ряд монографий по различным вопросам проблемы пауперизма, в которых особое внимание исследователи обращали на изучение законодательства Тюдоров о пауперизме и некоторых мер правительства по решению этой острой социальной проблемы 1.

В отечественной историографии большее внимание уделялось изучению репрессивных мер абсолютистского государства по отношению к пауперам 2. Вплоть до недавнего времени проблема пауперизма если и затрагивалась отечественными авторами в какой-либо иной плоскости, то опять-таки для подтверждения известного марксистского положения о “кровавом законодательстве” и “насильственной” сущности так называемого первоначального накопления капитала. Лишь в последние годы прошлого столетия отечественные историки обратились к данной проблеме с иной стороны, а именно, с точки зрения анализа “социальной политики” английского абсолютизма 3.

В этой связи представляется небезынтересно проследить по нарративным источникам взгляды современников на проблему пауперизма. Имеющийся в нашем распоряжении трактат У. Гаррисона позволяет взглянуть на эту проблему “изнутри” глазами англичан 1570 - х гг. 4

В своем трактате У. Гаррисон специально посвятил одну из глав данной проблеме, назвав её “О сделанном обеспечении для бедных” 5. Это хотя и небольшая, но чрезвычайно интересная глава, в которой не только подробно описывается состояние пауперизма в английском королевстве 1570-х гг., но и предлагаются некоторые меры для её решения.

Уже в первых строках указанной главы У. Гаррисон отметил общеевропейский масштаб данной проблемы: “нет ни одной страны в Европе, где-бы не было большого количества бедняков” 6. Причём сразу же за этим высказыванием автор даёт универсальный рецепт решения этой проблемы - облегчить участь бедняков следует за счёт более богатых людей. Он предостерегает о том, что в противном случае могут произойти социальные беспорядки. Далее Гаррисон выделяет три группы пауперов в английском королевстве. К первой он относит “обедневших из-за собственной беспомощности”. Сюда он включает детей, оставшихся без отца, престарелых людей, слепых, калек и неизлечимо больных людей. Ко второй - “обедневших из-за стечения обстоятельств”- он относит раненых солдат, разорившихся домовладельцев, лиц, страдающих тяжелыми заболеваниями. К третей - “расточительных пауперов” он относит “прожигателей жизни”, бродяг, жуликов, проституток, “которые бродят по всему королевству вдоль и поперёк”. Причём в летнее время они бродят по равнинной местности, а в зимнее - прячутся по лесам 7.

Надо отметить, что такая “троичная” классификация заимствована им из известного статута о пауперах, принятого ещё в период правления Эдуарда VI в 1547 г.

Далее Гаррисон сообщает, что в отношении первых двух групп в Англии существует установленный порядок в каждом церковном приходе, согласно которому еженедельно проводятся сборы для помощи и поддержки бедных с тем, чтобы они не разбредались по городам и весям королевства и не занимались попрошайничеством. Наряду с такими гуманитарными акциями на местах в королевстве применялись и репрессивные меры в отношении пауперов, если они не соблюдали установленного порядка и продолжали бродяжничать. Мировым судьям королевской властью предоставлены определённые полномочия осуществлять такие репрессивные меры по отношению к бродягам-пауперам. Они же наблюдают и за сбором благотворительности в пользу первых двух групп пауперов. Причём, если пауперы, относящиеся к этим группам, откажутся от благотворительной помощи и будут продолжать заниматься бродяжничеством, то тогда их будут причислять к третьей группе. Фактически здесь Гаррисон ссылается на действовавший в его время закон о пауперах 1572 г. 8 По сути дела это и есть то самое “кровавое законодательство”, о котором писал К. Маркс 9.

Однако, судя по сообщению Гаррисона, многие пауперы не пугались столь сурового наказания за бродяжничество и не оставались жить в своем родном месте.

Далее автор трактата повествует о том, что обнаружил “запись о такого рода людях”. Из неё он сделал вывод, что бродяги-попрошайки становятся таковыми либо по вине других людей, либо из-за собственных ошибочных действий. Под “виной других людей” он понимает действия жадных и хитрых людей, способствующих росту числа пауперов. Весьма симптоматично, что к числу “действий” таких людей он относит сгон крестьян с их наделов и превращение их пахотных земель и общинных угодий в собственность этих людей (т.е. лендлордов - В.М.). Причём он заметил, что это “очевидная вещ” 10.

Таким образом, Гаррисон на 1-е место в качестве причины пауперизма ставит сгон крестьян с их земель лендлордами. Разумеется, он не мог не знать о действовавших в его время законах об ограничении огораживаний и запрете сгона крестьян с их земель, в которых как раз и отмечалась эта существовавшая практика в английской деревне, приводившая к обезлюдению сёл и пауперизму крестьян.

Следствием этой порочной практики он считает рост эмиграции англичан в другие европейские регионы и даже азиатские страны (во Францию, Германию, Берберию, Индию, Московию). Однако вряд ли можно согласиться с этим утверждением автора трактата, поскольку массовой эмиграции из английского королевства в указанные регионы ещё не было. Пока в эти регионы, особенно в восточные страны, выезжали лишь английские торговцы различных компаний.

В то же время он полагает, что именно вторая категория пауперов дает основную массу бродяг, воров, которые “заканчивают свою жизнь на виселице, что весьма прискорбно” 11.

Далее в трактате следует небольшое рассуждение Гаррисона насчёт того плохо или хорошо, когда сокращается численность населения, и заключение, что “в период опасности для государства стена из людей много лучше, чем скирды хлеба и мешки с деньгами” 12. Однако эту многозначительную фразу он добавил в текст своего трактата много позднее, в 1587 г., когда для английского королевства возникла реальная угроза испанского вторжения.

Как человек образованный Гаррисон приводит пример из истории древнеримской республики конца II в. до н.э., когда там было разработано аграрное законодательство братьев Гракхов, которое, как полагает совершенно справедливо автор, “богатые и алчные ......полностью отвергли, а потом вообще отменили”13.

Таким образом, Гаррисон проводить параллель между судьбой аграрного законодательства Гракхов в древнеримской республике и современной ему Англии. Однако свои рассуждения в плане этого сравнения он не стал развивать, но даже сам факт упоминания об этом свидетельствует о том, что современники прекрасно понимали причину трудного осуществления елизаветинских аграрных законов 14. Очевидно, он прекрасно понимал, что, как и в Древнем Риме, в Англии препятствуют осуществлению аграрных законов “богатые и алчные люди”, т. е. лендлорды-огораживатели.

Далее Гаррисон продолжает свои рассуждения о “праздных попрошайках”, ставших таковыми из-за “собственной халатности”. Он полагает, что они относятся как бы сразу к двум группам пауперов, поскольку продолжают находиться в таком состоянии “с помощью случайных или умышленных средств”14. Автор считает, что их следует отличать от симулянтов-калек и симулянтов-больных15. По существовавшей классификации эти слои пауперов формально причисляются либо к первой группе, либо - ко второй.  По его мнению, они умышленно продолжают оставаться немощными и занимаются попрошайничеством, бродяжничеством и “испытывают отвращение к любой работе и любому честному занятию” 16.

Гаррисон довольно подробно перечисляет, какие способы увечья имеются в их арсенале. Среди них он отмечает такие, как прикладывание едких веществ к наиболее чувствительным частям тела, прикладывание крысиного яда, куриной слепоты, цветков лютика, чтобы образовались “вызывающие жалость отвратительные язвы, которые должны тронуть сердца людей, проходящих мимо того места, где они (нищие - В.М.) лежат, чтобы те (прохожие - В.М.) посочувствовали страданиям и подали бы им большую   милостыню” 17. Гаррисон описывает, как они умело просят прохожих подать им милостыню и т.п.

Однако по отношению к ним его позиция вполне вписывается в официальную линию правительства Елизаветы I Тюдор, выраженную в законодательстве о пауперах и предписывающую применять к подобной категории нищих наказание.

К этой же группе пауперов Гаррисон относит и вполне здоровых нищих, но симулирующих различные заболевания. Среди них могут быть воры-карманники. Внешне они выглядят как обычные слуги или “рабочие” (очевидно под этим термином имеются в виду батраки - В.М.). Нередко они рядятся под моряков, отставших от своих кораблей. Гаррисон считает их всех “ворами и вымогателями”. Его приговор по отношению к ним однозначен - они не заслуживают милостыни на пропитание 18.

Далее следуют весьма интересные рассуждения Гаррисона о том, “когда же все это началось”, т.е. распространение пауперизма. Началось же все это, по его мнению, 60 лет назад и в его время, т.е. в середине 1570-х гг., в королевстве насчитывается уже 100 000 человек пауперов 19. Но интересно, что в число их он включает и цыган (“египтян”, как их называли англичане - В.М.), которые в то время кочевали по стране. Последних он так же причисляет к “мошенникам” и отмечает, что они изобрели свой особый язык (жаргон), который одни называют “арго”, а “другие - воровской жаргон, тарабарщина”. По его мнению, этот жаргон возник “из смеси английского языка и большого количества странных слов их собственного изобретения, без всякого порядка и здравого смысла” 20. Автор тракта утверждает, что кроме них этот язык никто не может понять.

Скорее всего, Гаррисон ошибочно посчитал язык цыган и “арго” за один язык. Дело в том, что цыгане использовали в разговоре между собой свой цыганский язык, который Гаррисон, как и многие англичане, просто не знал. Английские пауперы же использовали как раз свой жаргон, который Гаррисон и называет “арго”.  Гаррисон полагает, что первый создатель этого жаргона был повешен, как мошенник. Однако вряд ли можно принять на веру это высказывание автора трактата. Дело в том, что подобные легенды о каком-то первом человеке, начавшим делать что-либо первым и, что впоследствии его начинание распространилось повсеместно, встречаются и в последующей истории английского королевства 21.

Вместе с тем, очевидно, Гаррисон был знаком с книгой Томаса Хармана “Предостережение или предупреждение публичным богохульникам”, в которой автор дал характеристику этого жаргона и описал 23 категории бродяг 22.  Гаррисон посчитал необходимым перечислить их в своем трактате. Его перечень представляет опредёленный интерес с точки зрения изучения проблемы пауперизма “изнутри”. Поэтому стоит его привести в полном виде:

  1. “наручники”, т.е. воры-попрошайки “подмастерья честных людей”,
  2. “честные люди”, т.е. главари воровских шаек,
  3. “крючёчники”, т.е. воры, совершающие кражи через открытое окно с помощью крючков,
  4. “бродяги”,т.е. рядовые бродяги,
  5. “дикие бродяги”, т.е. люди рожденные от бродяг-родителей,
  6. “похитители скакунов”, т.е. конокрады, цыгане
  7. “палиарды”, т.е. попрошайки мужчины и женщины, бродяжничающие вдвоем,
  8. “братья”, т.е. мнимые прокторы, притворяющиеся, что собирают пожертвования для больниц и т.п.
  9. “абрамы”, т.е. симулянты-лунатики, мнимые сумасшедшие,
  10. “неудачные моряки или whipjacks”, т.е. попрошайки, притворяющиеся жертвами кораблекрушения,
  11. “немые”, т.е. мнимые глухонемые,
  12. “пьяные лудильщики”, т.е. воры, использующие ремесло лудильщиков в качестве прикрытия,
  13. “деревенщина или корабейники”, т.е. воры, притворяющиеся разносчиками товаров,
  14. “Jarkmen” (“клерки”?), т.е. подделыватели официальных документов или “священники”, т.е. мнимые бродячие проповедники.

Среди женщин он выделяет следующие слои пауперов:

  1. ” пострадавшие от огня или пожара”, т.е. женщины, притворяющиеся погорельцами,
  2. “сводницы-корзинщицы”, т.е. женщины-коробейники, использовавшие мелкую розничную торговлю в качестве прикрытия для воровства,
  3. “девушки”, т.е. проститутки и одновременно воровки,
  4. “autem” (не девушки), т.е. замужние “девушки”,
  5. “гулящие”, т.е. незамужние “девушки”, занимающиеся одновременно проституцией и воровством,
  6. “милашки”, т.е. проститутки, которые начинали (свое занятие - В.М.) с “честными людьми”,
  7. “девки”, т.е. молодые девушки, начинающие “милашки”,
  8. “девочки”, т.е. девочки-попрошайки, выдающие себя за сирот,
  9. “бродяшки”, т.е. девочки-подростки, родившиеся от родителей-бродяг 23.

Гаррисон полагает, что для этих категорий пауперов установлено очень суровое наказание, но оно все равно не способно пресечь их бродяжничество. По его мнению, в отношении этих категорий бродяг должны применяться правила, которые установлены по отношению к заключенным, “ворам, грабителям, нарушителям всех законов, врагам государства и благополучия королевства” 24.

Заметим, что среди перечисленных 23-х категорий фигурируют некие “египтяне”, т.е. цыгане, которых так называли в то время в Англии. Именно цыгане занимались, по Гаррисону, похищением лошадей. Хотя он и причисляет их к пауперам, но они таковыми не были. Общее у цыган с пауперами лишь бродячий образ жизни.

Упоминаемые Гаррисоном категории пауперов не дают возможности определить, из каких социальных слоев они вышли. Вместе с тем обращает на себя внимание пятая категория - “дикие бродяги”, т.е. люди, рожденные от родителей-бродяг. Фактически это означает, что в 1570-е гг. в Англии уже было, как минимум второе поколение пауперов! Для Гаррисона несомненен тот факт, что именно эти категории совершают множество преступлений. Далее он напоминает, что в стране как раз в отношении этих категорий действуют законы против праздности и бродяжничества. В подтверждение этого он приводит отрывок из елизаветинского статута 1572 г.25 Это, в частности, известное правило об аресте таких бродяг, отдачи их под суд разъездного королевского суда (суд ассизы), на которых таких бродяг по показаниям “двух честных людей” и свидетелей могли приговорить к телесному наказанию (порка кнутом) и выжиганию раскалённым железом на хряще правого уха клейма в виде круга размером в один дюйм, “как свидетельство его порочного образа жизни”. Кроме того, закон разрешал таких заклейменных бродяг отдавать в качестве раба на один год каждому собственнику, чей годовой доход составлял 5 фунтов стерлингов или имеющему землю с доходом в 20 фунтов стерлингов в год 26.

В случае если такие бродяги попадались во второй раз, то по этому статуту следовало такое же наказание повторно (клеймо повторно ставили на другом ухе - В.М.). После повторной процедуры наказания опять же могла следовать отдача его в рабство на год к имущим людям. Если же такой паупер убежит от принудительной работы у таких людей во второй, то по статуту для него полагалась смертная казнь, ибо закон в таком случае приравнивал его к государственному преступнику. Причем такое жестокое наказание полагалось любому пауперу, даже если ранее он был клириком 27.

Кстати, бродячих проповедников Гаррисон также относит к пауперам. Сюда же он причисляет всяких мошенников, гадателей, предсказателей судьбы, учителей фехтования и бродячих актёров, менестрелей, жонглёров, коробейников, бродячих ремесленников, мнимых учёных, моряков, “и других, которые бывают пойманы без надлежащей лицензии” 28. Однако все эти перечисленные категории вряд ли можно отнести к понятию пауперы, ибо они кормились за счёт этих видов занятий. Фактически они занимались ими постоянно и не были ранее крестьянами или ремесленниками.

Далее Гаррисон к этим категориям добавляет водителей медведей. Вред от них, по его мнению, состоит в том, что их медведи могу пожирать детей. Гаррисон ссылается при этом на специальный трактат Олауса Магнуса, архиепископа Упсалы, который писал о том, что именно по этой причине против них в Германии действуют суровые законы.

Гаррисон напоминает читателю, что по закону о бродяжничестве всем этим категориям пауперов запрещено предоставлять приют и давать пищу под угрозой денежного штрафа до 20 шиллингов 29.

Таким образом, Гаррисон как современник был хорошо осведомлён о состоянии пауперизма в английском королевстве. Его характеристика групп и категорий пауперов основана на официальных источниках, а именно, законодательстве о бедных. Автор трактата не раскрывает сколь-нибудь полно причины пауперизма в стране. Однако одну из важных причин он называет - это захват лендлордами крестьянских наделов и общинных угодий. Весьма показательно, что он понимает необходимость аграрных законов для предотвращения обезлюдения деревень и роста пауперизации сельского населения. Его краткий экскурс в историю римской республики конца II в. до н.э.  и упоминание о судьбе аграрного закона Гракхов было очень актуально для английской действительности 1570-х гг. Примером из истории автор как бы предупреждает власти о возможных последствиях невыполнения аграрного законодательства Елизаветы I Тюдор.

Сведения Гаррисона раскрывают проблему пауперизма “изнутри”. Автор достаточно ярко показал, как различные категории пауперов стремятся найти свою нишу внутри своего социального слоя, изобретая различные способы добывания средств существования. Можно предположить, что в повседневной жизни между ними было негласное соглашение в отношении этих способов. Фактически в среде пауперов существовало более двух десятков различных категорий, отличавшихся друг от друга как раз способами добывания средств существования. В большинстве случаев эти средства были явно с криминальным оттенком, а, следовательно, попадали под судебное преследование и наказание. Это означает, что большая часть пауперов фактически оказывалась вне закона. Принимая во внимание число 100 000 человек пауперов, называемое Гаррисоном, можно предположить, что именно третья группа пауперов составляла большую его часть.

Показательно, что Гаррисон не рассматривает в своем трактате каких-либо административных мер государства по борьбе с пауперизмом. Почему? Очевидно потому, что само правительство Елизаветы ещё не искало каких-либо неординарных мер, используя лишь традиционные, такие как благотворительность по отношению к первым двум группам и репрессии по отношению к третьей группе пауперов.  Лишь позднее в конце 1580-х и в 1590-е гг. правительство под влиянием угрозы испанского вторжения на Британские острова более отчетливо стало понимать опасность обезлюдения деревень и роста пауперизма. Поэтому и Гаррисон вслед за официальными властями признает важность большой численности трудоспособного населения в плане защиты королевства от внешнего врага.


Примечания.

  1. Bier A. Masterless Men: The Vagracy Problem in England, 1560 - 1640. - L., 1985.; Pound J. Povetry and Vagrancy in Tudor England. - L., 1986.
  2. Семёнов В.Ф. Пауперизм в Англии XVI в. и законодательство Тюдоров по этому вопросу // Средние века. Вып. IV. - М., 1953. - С. 209 - 224.; Штокмар В.В. Кровавое законодательство Тюдоров против обезземеленных масс Англии // Учёные записки ЛГУ. Т. 130. Вып. 18. - Л., 1951. - С. 185 - 206.
  3. См.: Винокурова М.В. Нищие в малых городах Юго-Западной Англии XVI - XVII вв.// Средние века. Вып. 59. - М., 1997. - С. 42 - 48.
  4. Harrison W. The Description of England / Ed. By  G. Eldelen.- N.; Y. 1968.  Сведения о пауперах из этого трактата частично использовал В.Ф. Семенов в своей статье о законодательстве Тюдоров о пауперах (Семенов В.Ф. Указ. соч. - С. 212 - 214).
  5. Ibid. - P. 180 - 186.
  6. Ibid. - P. 180.
  7. Ibid. - P. 180 -181.
  8. Statutes of The Realm of England/ Ed. By A. Luders, T. E. Tomplins. Vol. IV. - L., 1819.  14 Eliz. Cap. 5. (Далее сокращенно: SR)
  9. Маркс К. Соб.соч. Т. 23. - С. 744.
  10. Harrison W. Op. cit.  - P. 181 - 182.
  11. Ibid. - P. 182.
  12. Ibidem.
  13. SR Vol. IV.  5 Eliz. Cap.  3.
  14. т.е. они использовали свою беспомощность, вызванную несчастным случаем,  в качестве оправдания своего нищенского существования.
  15. Harrison W. Op. cit.- P. 182 - 183.
  16. Ibid. - P. 183.
  17. Ibidem.
  18. Ibidem.
  19. Ibid. - P. 184.
  20. Ibidem.
  21. Например, первым огораживателем крестьяне считали некоего Ахаба, а затем в конце XVIII в. рабочие мануфактур первым разрушителем ткацких станков считали некоего рабочего Недда Луда.
  22. Harrison W. Op. cit. - P. 184.
  23. Ibid. - P. 184 - 185.
  24. Ibid. - P. 185 - 186.
  25. SR Vol. IV. 14 Eliz. I. Cap. 5.
  26. Harrison W. Op. cit. - P. 185.
  27. Ibid. - P. 186.
  28. Ibidem.
  29. Ibidem.

Полный текст с научно-справочным аппаратом см.: Митрофанов В.П. Современники о пауперизме в Англии XVI в. (по трактату У. Гаррисона “Описание Англии”) // Исторические записки. Вып. 5/ отв. ред. В. И. Первушкин. -  Пенза: ПГПУ, 2001. – с. 43–54. Просьба ссылаться на опубликованный в сборнике текст статьи.

Условия копирования

Разрешается использование материалов с данного сайта в своих работах и публикациях в некоммерческих целях. Можно ссылаться на данный сайт в качестве официального источника. Обязательным условием является сохранение всех авторских прав, а также установка ссылки на оригинал.

Online

Сейчас 68 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте